enlightenment

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » enlightenment » То, что было... » По тонкому льду мы идем в никуда


По тонкому льду мы идем в никуда

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

По тонкому льду мы идем в никуда

http://sh.uploads.ru/t/o6kat.gifhttps://67.media.tumblr.com/839a0634063973ed1962c04c5ca1a3b8/tumblr_n6kw8rIyct1txocfto1_250.gif
Riley Wilder & Lilian Kenwood

6 августа, лагерь ополчения, жилой сектор

Иногда одно решение способно изменить будущее. А на что вы способны, чтобы изменить своё настоящее?
участие ГМа: Нет.

+1

2

С момента начала катастрофы, прошел всего лишь год, а природа запустила режим восстановления и не обращает внимание на простых смертных, которые как муравьи бегут из городов в поисках новых мест обитания (туда где еще не успели нагадить и подпортить ту самую природу) Человек, по своей природе - существо эгоистичное, а значит рано или поздно придет час расплаты. Пришёл. Теперь Земля отыграется на всех, кто еще не успел позабыть о гаджетах и жизни своей не представляет без новых технологий. Да, им сложнее было приспособиться к новому ритму жизни. А те, кто остался в городе и принял режим ополчения ... Впрочем, их можно ежедневно наблюдать на улицах города. Мирного населения не так и много. На месте руин никто не спешит отстраивать новые дома. Люди просто побоялись бросать квартиры и остались здесь. В ожидании чуда, не иначе. Интересно, что это будет за чудо?
     Обратная дорога в лагерь заняла не больше получаса. Здешние зеваки уже успели принять свою дозу снотворного и расползтись по своим норам в поисках тепла, уюта и отдыха. База ополчения занимает самое сердце Финикса. Большая часть города разрушена и пустынные улицы с битой брусчаткой устланы травой, которая уже успела пожелтеть от жаркого климата Аризоны. В здешних местах лето очень жаркое и только ночь позволяет ожить и отдохнуть от знойного ада, которым наполнен каждый летний день. Пустынные улицы заливает лунный свет, освещая путь тем, кто еще не успел добраться домой и лечь спать. Большую часть пути Шаман молчал. Он думал, что теперь делать с девчонкой и куда ее девать. На территории лагеря тихо и поисковый отряд не брошен на поиски беглой, а значит пропажу Лилиан еще никто не успел обнаружить. Можно отвести ее обратно в подвал и посадить под замок. А смысл? Райли и по сей день не видит надобности держать девушку в стенах ополчения. Особой значимости с тактической точки зрения она не представляет, как боевая единица... да не смешите. Тогда почему ее не отпустят? Янг всегда был со своими тараканами в голове и лезть туда без надобности. Скорее этот вопрос нужно задать сестрице, которая знает куда больше, чем простой смертный или любой приближенный к лидеру группировки. Хотя и здесь нет уверенности. Нет, не в сестре, а в том, что ее посвятят в свои планы. Да и оставлять девчонку опять на поруки ошалелых сторожей не хотелось. А значит нужно увести ее подальше от лишних глаз. Вести ее к себе домой, где последний год обитал Уайлдер, нельзя. Пока она официально является пленной - ее место в камере. Единственным верным и правильным решением - отвести Лилиан в дом, где раньше жили Уайлдеры. После смерти родителей, в небольшом двухэтажном доме остались жить Райли, Кенни и Шерри. Спустя какое-то время еще одним домочадцев прибавилось и маленькая Аннабель тоже заняла свое место в этом доме. Но со временем все разъехались. Шаман редко бывал в этом доме. Его служба не позволяла слишком много времени проводить за приделами военной базы. Да и чего греха таить, на территории США мужчина то же был не так часто, как этого могло хотеться его семье. ритм жизни по позволял иметь нормальную семью, жену и ребенка, а так же все, что шло дальше по списку под названием "нормальная семья" Но все эти паршивые мысли перечеркивались,на какой-то момент забывались, как только Райли переступал порог дома. Потому, единственным верным местом, где можно на некоторое время спрятать Лилиан - был именно родительский дом.
Они прошли через лагерь, где обитала большая часть солдат. Мужчина молча подкурил сигарет, наслаждаясь никотиновым дымом. Да, ночь задалась еще та. Они замедлили шаг, когда метрах в 100 в поле зрения оказалось здание, в котором прежде держали девушку. - Ты решила вернуться обратно? - военный обратился к девочке, которая явно не думала, что ее могут вести куда-то еще, кроме таких приевшихся сырых камер подвалов ополчения. - Смею огорчить. У меня на тебя другие планы. Не бойся, никто тебя трогать не будет - дальше дорога поворачивала налево, в сторону жилого сектора Финикса, где периодически еще можно было встретить не разрушенные дома. Здесь жили те, кто смирился с жизнью под покровительством новой власти. Чем дальше от базы, тем тише становилось и только луна указывала дорогу. - Под ноги смотри. - здесь дорога была разрушена и куски битой брусчатки (которую отбивали сопротивляющиеся во время атак во время становления новой власти)валялись под ногами, представляя собой потенциальную угрозу для падений и увечий. Этот район пострадал меньше всех, но пара тройка домов были разрушены и два дома сожжены. Дом родителей Райли, где он провел свое детство, уцелел. Они не успели добраться до него только и всего, а после новое правление грамотно распределило свои силы. С того дня ни одно здание не было разрушено. Хватало руин для того, чтобы вести длительные экскурсионные прогулки на тему "что же сделало ополчения и как себя вели не согласные с их режимом".
   Райли первый поднимается по лестнице. Под половиком с потертой надписью "добро пожаловать домой" спрятан ключ, который всегда там оставляли домочадцы. Военный открывает дверь и предоставляет девочке первой зайти в дом. - Дамы вперед. - мужчина ждет, пока девочка все же примет решение. - Могу вернуть тебя обратно, только попроси - конечно, он не дурак и понимает, что здесь будет лучше, чем в камере и девочка вряд ли откажется променять домашние стены на сырые стены подземелья. Уайлдер проходит на кухню  в поисках свеч. Спустя пару минут тусклый свет свечи окрасил стены в другой цвет, преобразовывая их. До рассвета пара часов. Пару часов, чтобы разобраться, что дальше делать с пленницей.

+2

3

The Rasmus - It's Your Night

    Обратно до лагеря ополчения мы добрались сравнительно быстрее, чем до места "развлечений" повстанцев. Видимо, потому, что в этот раз Райли уже совершенно точно знал, куда идти. Но я снова едва поспевала за ним.  Мы оба сохраняли полное молчание, каждый думая о своем. Понятия не имею, о чем думал он, зато знаю, какие мысли посещали мою голову. И самый главный вопрос, что мучил, - что теперь со мной сделают? Вернусь в камеру, буду там коротать дни и ночи, а дальше-то что? А если вновь предложат - ну а вдруг - свободу, то что с этим буду делать уже я? В общем-то, один вариант, конечно, уже был, застарелый совсем, но я с каким-то необъяснимым страхом все больше осознавала - с каждым шагом по дороге лагеря ополченцев бок о бок с Райли - что... кажется... кажется, я и вправду уже не так сильно хочу отсюда убежать. И вновь и вновь задавалась вопросами - отчего, почему так? Я ведь по-прежнему относилась к ополченцам так же, как и раньше, и пока не поменяла своего мнения. И не находила ответа. Вернее, если быть честной хотя бы с собой... находила. Находила - и лишь один. Но не могла поверить самой себе. Я... я просто не могла. Хоть и было это столь очевидно, и оттого эта очевидность пугала еще сильнее.
Я осторожно покосилась на Райли, по-прежнему молчащего и курящего к тому же. Вот же ж... "Ладно, главное - не дергайся лишний раз". Не дергаться и вести себя, как обычно я себя веду, раз к тому же обстоятельства начали располагать к этому, и моя внешняя какая-никакая защита начала постепенно рушиться. Да, это верное решение вполне. К тому же скоро я снова окажусь в своем чудеснейшем подвальчике и, вероятно, с Райли мы не увидимся еще недельку-другую. "Кстати, а вот и пункт назначения".  Идя через уже затихший лагерь ополчения, когда путь-дорогу освещала только луна - так же, как это было в лесу - мы довольно скоро приблизились к зданию, где я весело проводила свои деньки все это время. Увидев его, я лишь горестно вздохнула. Не хочу снова туда возвращаться, отвратительное место. Еще и эти крики других пленных... по-моему, к вариациям моих кошмаров прибавилась еще одна. Но моими желаниями мало кто здесь интересовался. Так что я обреченно направилась к зданию, когда вдруг прорезавшийся голос Райли остановил меня. И я вперемешку с удивлением и недоумением воззрилась на него.
- Чего?.. - Только и вырвалось у меня, хотя в голове роилось вопросов намного больше. Например, что это за планы такие и с чего это вдруг они вообще появились, и куда мы теперь направляемся? А мне искренне казалось, что за остаток этой ночи уже ничто меня не сможет шокировать. Ан нет, ошиблась. В который раз этот мужчина меня поражал, он был непредсказуем, словно дремлющий вулкан, и я уже бросила затею гадать, что от него можно ожидать в дальнейшем. Поэтому я просто послушно последовала за ним, мимо своей тюрьмы, куда-то влево по раздолбанной дороге. И едва только услышав его предостережение, тут же запнулась носком кроссовка обо... что-то. Но, слава богу, равновесие все же сохранила и теперь старалась одновременно и смотреть под ноги и - по сторонам.
    Вокруг царили темнота и тишина, луна по-прежнему освещала нам путь, ее бледно-серебристые отблески падали на дома, стоящие по обе стороны от дороги. И хоть по внешним признакам уже становилось понятно, что ранее этот район, как и многие другие, также был местом стычек ополченцев и их противников, но вот разрушения тут были, похоже, минимальными. Лишь несколько полностью разрушенных домов да вот разбитая дорога. А в уцелевших домах, вероятно, жили местные мирные жители... Надо же... Сама мысль, что под крылом ополчения живут обычные жители Финикса, которые предпочли остаться здесь и не присоединяться к борьбе за власть, была немного... дикой и неправдоподобной. Хотя я ведь встречала мирных жителей раньше, просто случалось это на более нейтральной территории, далеко от лагеря ополченцев. И это было так странно и необычно - понимать, что они не только борются за власть, но и охраняют простых людей. Хм... Поистине - ночь, полная шокирующих сюрпризов, приятных и не очень. Кто бы мог подумать, что обычный разговор в камере закончится вот... так. Я, идущая куда-то за Райли по жилому кварталу Финикса, открывающая для себя все новые и новые факты.
Когда я как раз решилась все же спросить мужчину, куда мы направляемся, он почти сразу же подвел нас к дому, небольшому, двухэтажному, целехонькому и очень милому с виду. Я в нерешительности остановилась, слегка озадаченно наблюдая за Райли и его действиями. Уверенными и какими-то... будто привычными, что ли?..  Картинка в голове постепенно начинала складываться - оставалось только проверить свои догадки.
Мой взгляд несколько секунд мечется между темным дверным проемом и лицом Райли, туда-сюда, на него и обратно. В памяти всплывают его слова "не бойся, никто тебя трогать не станет". Не то чтобы я боялась этого - Райли был порядочным мужчиной в этом плане, это я уже успела понять. Потому Маккензи и попросила его приглядеть за мной, а не только потому, что он был ее братом. Однако, что-то мешает мне сразу же принять приглашение... может быть, я волнуюсь за него - он ведь явно без позволения "свыше" увел пленницу из камеры черт знает куда - а, может, просто трушу остаться с ним один на один в пустом и полутемном доме. Впрочем, последовавшие за приглашением слова неплохо отрезвляют, и я почти сразу, забывая о сомнениях, поспешно поднимаюсь по лестнице и первой-таки захожу в дом.
- Я могла бы попросить о многом, но об этом уж точно просить не стану, - замечаю на ходу, улыбнувшись уголком губ.
    Внутри милый домик кажется больше и очень уютным, даже несмотря на явные признаки отсутствия... ну, знаете, признаков жизни в общем и целом. И я начинаю немного сомневаться в своих догадках: либо тут под каждым ковриком на входе лежат ключи от дверей, и Райли это известно, конечно же, либо он настолько редко появляется дома, что тут все так... громко молчит о наличии хозяина, либо... какой-то третий вариант?.. Дом знакомых-сослуживцев-сестры? Любопытно в любом случае узнать верный ответ.
Вслед за Райли иду в одну из комнат - на кухню вернее, как выясняется, и снова наблюдаю за его действиями - он находит свечу и снова делает это довольно быстро и уверенно, что не оставляет сомнений - этот дом не просто случайный, подвернувшийся на пути, он ему знаком и хорошо знаком.
Я сажусь на ближайший стул возле кухонного стола, на котором и стоит эта небольшая свечка. И пару-тройку секунд завороженно гляжу на поддергивающееся пламя, поражаясь тому, как даже оно, такое маленькое, может рассеять тьму и подарить чувство уюта. А затем беру свечу в руки и передвигаю ее по поверхности стола в сторону Райли, ближе к нему, чтобы пламя лучше освещало его лицо.
- Это твоя маленькая частичка света, - тихо говорю и с улыбкой разглядываю его.
Потом замолкаю, между нами на несколько мгновений повисает тишина, хотя мне она не кажется какой-то неловкой, как это часто бывает в подобных ситуациях. Но в итоге я все же решаюсь задать беспокоящие и интересующие меня вопросы:
- Райли, где мы? Это твой дом? Не очень похоже на это, впрочем... старый дом Маккензи?.. И разве нам... мне, - неловко поправляю себя, - можно здесь находиться? Я же... не обычный здешний житель. Тебя ведь вряд ли погладят по голове, когда утром узнают, что ты по своей инициативе увел пленницу из камеры...
Вопросы вышли скомканными и не совсем внятными, но что же теперь поделать. Я пытливо смотрю на него, невольно слегка хмурясь. Улыбка постепенно исчезла с моего лица, уступив место беспокойству - я и правда волновалась о том, что ему будет за такую инициативу, которая, как известно, чаще всего наказуема. Просить о том, чтобы он вернул меня "на место", конечно же, не хотелось, но, быть может, поступить так будет лучше - во всяком случае для Райли?..

Отредактировано Lilian Kenwood (2016-09-24 02:44:44)

+1

4

Мудрость — это когда все чаще начинаешь ловить себя на мысли, что занимаешься какой-то херней.

У каждого живого существа на планете есть такие места, куда он воле не волей, но возвращается. Такие места зовутся родными. Для кого-то это военная база, для кого-то парки, скверы, кафешки, а для кого-то - это отчий дом. Именно в это место всегда тянет с неописуемой силой и именно здесь каждый себя будет чувствовать защищенным, даже когда по миру гуляет катаклизм. Родительский дом семьи Уайлдер обошла участь многих других построек на этой улице, да и во всем районе в частности. Власть переменилась, а вместе с ней и порядок. Дом пустовал уже не один год. Более десяти лет назад отсюда уехал Райли, а затем и Маккензи вместе с дочерью, они шли рука об руку с Янгом, которого кидали в самую задницу на планете Земля. Шерри навещала семейное гнездо, но и она очень быстро освоилась в мегаполисе и ее визиты стали реже. С того самого времени дом стал жить самостоятельно, своей отдельной и независимой от всех жизнью. Звучит как бред или как начало какого-то ужастика, но так оно и есть. Памятью о cвоих хозяевах служат фотографии, которыми уставлен камин. Здесь есть все, кто причастен к судьбе некогда большого семейства и даже те, кого Шаман не знал. Но это семья и этим все сказано. Само помещение хранит в себе тишину, которую посмели нарушить. Периодическое потрескивание свечи заглушали вопросы, которые так быстро задает Лилиан. Это естественно, она желает знать где она, зачем ее сюда привели и что же будет дальше. Человек по своей природе пытлив, а иногда и через чур. Сейчас был тот самый момент, когда вопросы лучше не задавать, а принять происходящее как должное, как некий подарок и возможность избежать сырых помещений подвалов, которые служат камерами для пленных. Но это логика Шамана и его привычный образ жизни - выполнять приказы и идти согласна заданному маршруту. Чего он хотел от девчонки? Она улыбается. Черт возьми, она улыбается! Ей бы бежать от сюда, кричать о помощи и бежать. Но куда и зачем? Она ведь так верит в святость своих обожаемых повстанцев, верит, что правда на их стороне. Слишком много впечатлений и эмоций для одного единственного дня, для ее свободы.
На ее вопросы стоило бы выдать легенду, которую каждый из ребят, которые граничат на рубеже между жизнью и смертью себе придумывают, но сейчас не зачем врать, нет в этом никакого смысла. Он расскажет ей ровно столько, сколько ей нужно знать, не более того.
- Тебе не кажется, что ты задаешь слишком много вопросов? - он смотрит на девочку, которая не перестает играть со свечой в руках. Источник света перемещается ближе. - Здесь тебя никто не будет искать, этого достаточно. - коротко и по делу. Эта ночь и так выдалась слишком богатой и влиятельной. К примеру, у самого Райли тоже были вопросы на которые он хотел услышать ответы, но еще не озвучил их, давая возможность девушке привести в порядок мысли после ночной заварушки. Но так же он отчетливо понимал, что долго скрывать пропажу пленной не получится и с этим нужно что-то делать, нужно как-то разрешить всю эту ситуацию. А для этого предстоит встреча с Янгом и беседа тет-а-тет. Зачем Шаман ее здесь держит и с какими целями - он и сам пока не понимает. Мог отпустить, послать к чертовой матери, пристрелить в конце концов, но ничего из вышеуказанного не сделал. Почему? Да потому, что! Ответа окончательного и не подлежащему размышлению и обсуждению пока не существует в природе. Об этом он будет думать потом, когда придет время для четкой расстановки приоритетов и ценностей. А пока, наверное, стоит оставить Лилиан здесь одну и отправиться в штаб.
- Тебе лучше поспать, а мне уйти. - мужчина берет свечу со стола и передает ее в руки Лили. - Ты что-то говорила о свободе? - он вспомнил ее некогда вскользь брошенные слова, да и попытки к бегству. - Теперь у тебя будет такая возможность - быть свободной. - двоякое предложение, которое влечет за собой тонны раздумий. Что он имел в виду на самом же деле? Да все двояко. Он дает ей возможность удрать, пока его не будет; дает ей возможность остаться и найти по возвращению, дает карты в ее руки. Да, он сможет списать ее побег на убийство во время побега, сможет списать ее решение оcтаться как смену веры и способа жизни. Выбор за ней и теперь этот груз перекинут на ее плечи. - Весь дом в твоем распоряжении, не сожги его, ладно? - напоследок мужчина улыбается и уходит прочь из семейного дома, где когда-то вкусно пахло выпечкой и свеже сваренным какао, которые так любили все домочадцы. Шаман закрывает за собой дверь. Теперь и вправду выбор будет за девочкой - оставаться ей или уйти. Он понимает, что тогда на поляне это было cказано в состоянии аффекта, а значит таким словам нет цены, нет веры. Закурив, не спеша покидает родную землю и идет в сторону лагеря ополчения. Здесь вcе так же тихо и все только собираются просыпаться. Через чаc первые солнечные лучи коснуться крыш домов, а затем все мирные жители проснуться.

+1

5

Hidden Citizens - Paint it black

    Я была одной из тех людей, которые, когда что-то спрашивают, совершенно искренне и, возможно, наивно ожидают получить четкий ответ на поставленный вопрос. Но в отношении Райли зачастую подобные ожидания точно граничили с полнейшей наивностью. Эта его манера невероятно бесила, и мне пора было бы уже усвоить эту простую истину, но я с каким-то непонятным упорством продолжала раз за разом в этом убеждаться. И все же надеяться на нужные мне ответы. И, конечно, вновь не услышав ничего определенного сейчас, я недовольно сморщила нос. Так и хотелось, словно маленький ребенок, которому не дали желаемую конфетку, заявить вредному вояке, что, нет, не кажется и, нет, этого совершенно мне недостаточно. И, в конце концов, я ведь беспокоюсь за него! Но он был мужчиной, взрослым мужчиной, в глазах которого мне совершенно не хотелось выглядеть ребенком, так что невероятным усилием воли я сдержала свой порыв, лишь побуравив его взглядом немного. И решила, что обязательно узнаю все, пусть попозже. К тому же в следующее мгновение Райли снова ошарашил меня да так, что я вообще обо всем другом позабыла.
- То есть как?.. В смысле? Что ты имеешь в виду? - Снова взорвалась я вопросами, взяв у него свечу и с ней следуя за ним по пятам, когда он направился к выходу. Но, конечно, вопросы эти вновь остались риторическими. Зато я получила милое напутствие. - Я умею обращаться с огнём, - чуть ворчливо заметила ему напоследок, впрочем, невольно улыбнувшись в ответ на его улыбку. Отчего-то мне казалось, что Райли был не из тех людей, что часто улыбаются по жизни. И поэтому каждый раз, когда он это делал, я... этому очень радовалась, особенно, если сама являлась причиной его улыбки.
"Кхм. Не о том ты думаешь".
     Дверь за мужчиной закрылась, а я так и осталась стоять в прихожей, в полном недоумении, с мозгами, вывернутыми наизнанку, раздираемая множеством вопросов, огроменным любопытством, со свечкой в руках и... только сейчас это поняла - по-прежнему в куртке Райли на своих плечах. Встрепенувшись, я было подумала побежать за ним, чтобы отдать ее ему, но потом рассудила здраво, что дверь он скорее всего запер на ключ да и светиться на улице мне не следовало, так что... хотя не было смысла отрицать, что какая-то часть меня не хотела расставаться с вещью, что напоминала о нем, пока его тут не было. Ведь он же собирается вернуться?..
Вздохнув, я развернулась и огляделась. Весь дом в моем распоряжении, да? Значит, он точно как-то связан с Райли, иначе он бы не стал так говорить. Можно осмотреться и попробовать понять, как именно. Хоть я и не собиралась злоупотреблять великодушием предполагаемого хозяина, но было жуть как любопытно.
Освещая себе путь при помощи свечи в руках, я прошла мимо кухни, где уже побывала, и направилась дальше, в другую комнату, которая оказалась гостиной. Довольно просторная комната, уютная и приятная. Я не спеша прошлась по ней, оглядываясь с улыбкой. Мне определенно нравилось здесь, чем-то напоминало гостиную в родительском доме. Такая ностальгия, эх... я любила там бывать. У дальней стены находился большущий камин, напротив него два кресла, а неподалеку широкий темный диванчик с несколькими подушечками разных размеров. Уверена, что вся эта мебель была мягкой и удобной. Черт, я, по-моему, уже вообще забыла, что такое диваны, кресла, стулья, столы... и тем более камины. Подойдя ближе к нему, я с любопытством оглядела его, испытывая сильнейший порыв разжечь остатки поленьев, но понимала, что этим привлеку ненужное внимание, скорее всего. Выпрямившись, я заметила, что каминная полка уставлена множеством фотографий. "Так-так, а вот это уже интересненько..." Я поднесла свечу ближе и принялась их рассматривать, с удивлением узнавая то тут, то там Райли вместе с разными людьми, включая Маккензи, - постарше, помоложе, даже с девочкой-подростком... Хм-м-м... Вот уж и правда интересно. Это всё могли быть их общие знакомые и друзья, а могли быть и родственники. И я, складывая вместе все свои предположения со словами Райли, начала склоняться ко второму варианту. Он что, привел меня в дом своей семьи?.. От осознания этого внутри разлилось какое-то теплое, приятное чувство. Что бы такой поступок мог значить для него самого? Еще один вопрос, на который он вряд ли ответит. Закончив изучать фотографии, я отошла от камина и продолжила свою экскурсию по первому этажу. И следующее мое открытие стало не менее приятным: я наткнулась на ванную комнату. С раковиной и зеркалом над ней, с полочками, уставленными несколькими бутылочками с чем-нибудь, наверняка, очень приятным для кожи или волос, ванной, душевой кабинкой, стиральной машинкой и прочими милыми вещами... Просто подарок судьбы! "Боже, это моя награда за ночной стресс, да?"
Быстрый взгляд в зеркало сразу же напомнил, в каком виде я была - со спутанными волосами, с чужой кровью на коже, в одежде, испачканной землей. И куртку Райли я, наверняка, тоже испачкала! Поежившись, я поставила свечку на полочку над ванной и стянула с себя куртку, критически ее осматривая. Вроде ничего так... но почистить не помешает. Я приблизилась к ванне, осторожно включила кран, замерев в ожидании и... аллилуйя! Вода была, причем весьма теплая, почти горячая и это заставило меня издать странный радостный звук и чуть не расплакаться от счастья. А потом, глянув на душ, на ванну и снова на душ я вдруг поняла - другого шанса вспомнить о нормальном человеческом быте у меня может и не быть. К тому же очень удачно я была здесь одна и без свидетелей.
Закинув куртку Райли на бортик ванны, я мигом стянула собственную немногочисленную одежду, в которой и попала в плен - джинсы, толстовку с капюшоном, футболку, бельё и кроссовки с носочками. Затем огляделась в поисках чего-нибудь, чтобы не разгуливать по чужому дому абсолютно голой. На маленьких крючочках рядом с душевой кабиной висело несколько полотенец, и я, немного поколебавшись, все же выбрала самое большое из них и завернулась в него. М-м, мягонькое какое, обожаю махровые полотенчики.
Почистить крутку Райли и простирнуть свои вещи заняло не так много времени, зато вот высохнет это все не так скоро... надеюсь, к возвращению моего надзирателя успеет. Но в любом случае я была собой чрезвычайно довольна. Если и продолжить сидеть в плену, то хотя бы в чистой одежде. Кстати, о чистоте... закрутив кран ванны, я, как-то робко ступая, дошла до душа, повесила свое полотенце на крючочек и забралась в кабинку. На полочке рядом с душем стояла пара бутылочек - с шампунем и гелем для тела! Просто уму непостижимо, прелесть-то какая! Я осторожно включила воду и едва ли не простонала от удовольствия, чувствуя, как теплые струи воды стекают по волосам вниз, согревая шею, руки, ноги...
- О да, боже мой, как мало нужно человеку для счастья, а, - закрыв глаза, невольно проговорила я, промывая волосы, намыливая тело и бесконечно радуясь тому, что, наконец, смогу почувствовать себя полностью чистой. Да, во время пребывания в камере меня водили на водные процедуры, конечно, по утрам и перед сном, но... это было совсем не то же самое. Кажется, прошла вечность с того времени, когда я последний раз принимала душ. Прям даже не знаю, как можно отблагодарить Райли за... за все, что он сделал для меня сегодня.
Выйдя из душа, я удовлетворенно вздохнула, чувствуя себя полностью обновленной. Проклятое отключение электричества, которое вызвало столько отвратительных последствий, что даже элементарные блага человечества доступны только избранным теперь, что уж говорить обо всем остальном... Снова завернувшись в полотенце, я попробовала более-менее уложить волосы руками, которые начали немыслимо виться и, оставив свои вещи сушиться в ванной, забрала  свечку,  куртку Райли и вернулась в гостиную. Косясь на камин, прямо-таки еле сдерживаясь от того, чтобы не разжечь его и не погреться, я осторожно присела на диван, убеждаясь в своем предположении: он и вправду такой мягкий и удобный, расслабляющий не хуже теплого душа.
Я закрыла глаза, улыбнувшись, и почти без труда представила, как Райли сидит на этом же самом диване, рядом с ним его семья или друзья, они весело болтают, смеются, ту же рядом горит огонь в камине, а на маленьком столике напротив дивана стоят тарелка с печеньем или пирожными и несколько чашек с кофе или чаем. Я почти чувствовала запах всех этих вкусностей. Как вдруг картинка в моем воображении со счастливой семейной  резко переменилась на темную и мрачную, на тот же самый лес, в котором мы с Райли побывали сегодня. Костёр, повстанцы, подручные отца, звуки выстрелов и Райли, рывком высвобождающий меня из захвата трупа... Я резко открыла глаза, чувствуя, как ритм сердца с умиротворенного, почти ленивого сменился на частый, быстрый, и дыхание мое точно так же участилось, а тремор тела вернулся вместе с испугом и шоком, что я испытала сегодня. Что это было, черт возьми? Должно быть, я задремала на минутку... Боже, мне казалось, что я успокоилась уже. Однако, сознание продолжило услужливо подкидывать воспоминания о сегодняшней ночи, вид сжигаемого человека, двух трупов, распростершихся на холодной земле, ощущения брызнувшей крови от выстрела... Я все больше чувствовала, как дрожь завладевает всем моим телом, и точно знала - это не от холода. Похоже, что мое спокойное состояние все последнее время было обманом или самообманом, а сейчас организм очухался и выдает все последствия пережитого стресса. Потому что стать свидетелем сразу трех человеческих смертей за примерно полчаса - это, ну... даже для обитательницы лагеря экстремистов, а на деле обычной девушки, которая никогда раньше в принципе с этим дела не имела, - было, конечно, слишком.
http://funkyimg.com/i/2hKzE.gif http://funkyimg.com/i/2hKzF.gif
    Зажмурившись, обхватив себя руками, стараясь дышать медленнее и глубже, я безуспешно пыталась успокоиться, дико жалея о том, что Райли сейчас нет рядом. Может быть, он отвлек бы меня хоть как-то... Пробуя отвлечься самостоятельно, я легла на диван и, даже не осознавая этого, натянула его куртку, кутаясь, укрываясь ею, словно одеялом, и усилием воли переключаясь на вопросы, которые беспокоили меня ранее. Что все-таки Райли подразумевал, когда говорил, что у меня появится возможность стать свободной? Это звучало так понятно и в то же время совершенно непонятно. Он что, давал добро на то, чтобы я сбежала, пока его не будет? Я, конечно, могла бы попытаться - сейчас меня не сдерживает никто, ни охрана, ни личный надзиратель, но однажды я уже пробовала и, если уж по-честному, ничем удачным для меня эта попытка не закончилась. А если еще честнее, то... я даже не подумала о возможности сбежать. И не хотела. Уже нет, потому что... стоило это признать - потому что я хотела дождаться и снова увидеть Райли. Черт бы его побрал, но, да, хотела. Испытывая какую-то странную тягу к тому, чтобы находиться поближе к нему. А если бы у меня получилось удрать, то вряд ли бы я еще когда-нибудь его увидела. Во всяком случае, как своего друга.
За такими откровенными размышлениями я и не заметила, как уснула полноценным, глубоким сном. Вот только от кошмаров избавиться после прошедшей ночи глубокий сон не помог. Мне снился мрачный лес, отблески костра, и двое людей, тащащих меня куда-то в темноту. Я не могла пошевелиться, не могла издать ни звука, не могла позвать на помощь. Казалось, будто я задыхаюсь, просто не могу дышать, проваливаюсь в какую-то бездну и тону в черной воде. И на этот раз никого не было рядом, чтобы спасти меня. Краем подсознания я понимала, что это сон, что нужно просто проснуться и все закончится, но никак не могла это сделать. На какое-то мгновение у меня вдруг получилось сипло полу простонать-полу прошептать имя Райли в надежде, что он услышит и поможет мне, и именно в этот момент я проснулась. Подскочила на диване, рвано и тяжело дыша, оглядываясь по сторонам и замечая, что в комнате я уже не одна.
Не отдавая себе отчета в том, что делаю и в какой-то мере думая, что это возможно все еще сон, я практически в одно движение слезла с мягкого диванчика и бросилась к Райли. Крепко прижимаясь к нему, утыкаясь лицом в его шею, цепляясь за него обеими руками, словно за спасительный луч света, чувствуя при этом, как по лицу стекают слезы, а тело снова бьет крупная дрожь. Его куртка, кажется, упала с меня куда-то на пол, но пока я не могла об этом беспокоиться. Все, что мне было нужно - понять, что этот кошмар закончился, что я в безопасности, и инстинктивно я ощущала, что сейчас только Райли даст мне это почувствовать.
- Помоги мне, пожалуйста... - только и прошептала я.

+1

6

Прислушайся к голосу разума! Слышишь? Слышишь, какую фигню несет? Так что на разум не надейся, он не спасение.

Этот день выдался слишком насыщенным на события, слишком долгим. Нет, в нем было так же 24 часа и за днем пришла ночь, ничего особенного, только чутье подсказывало ... нет, оно орало "что-то не так". Вопрос: что? Для солдата ополчения этот день не отличался ровным счетом ничем. А вот для самого Райли - его же поступки были не объяснимыми. Какого черта он вытащил девчонку из камеры и поволок в лес? Какого он ей пытался что-то доказать, показать? Какого черта не дал возможности ее собратьям увести к родному папаше? Какого черта не пристрелил ее, когда была возможность? Тьма вопросов и совсем нет конкретных ответов. Именно этот факт его раздражал всю дорогу. Путь к лагерю ополчения занял около получаса. В принципе, дойти можно было и быстрее, но то ли он сам не хотел нестись со всех ног к Янгу и вести с ним "задушевные беседы", то ли что-то его останавливало, давало время одуматься и бросить всё это. В этот самый момент и вспоминается притча "Брось это!" Напрасно искать логические моменты в поведении Шамана именно сейчас, он сам не видит в упор ту самую гребаную логику. Всё прежде было каким-то понятным, четким, правильно выстроенным, грамотно сложенным по полкам. А сейчас какая-то тупая неразбериха одолела некогда холодную голову Райли. Откуда взялась эта глупая затея вытащить Лилиан из казематов, привести в родительский дом и как следствие скрывать ее там? Для чего он идет к Янгу? Ответ был на поверхности, да вот только он его в упор не видит.
  Когда мужчина вернулся в лагерь, было около 5 часов утра. Здешние обитатели еще мирно спали в своих постелях и только караульные сменяли друг друга. Улицы еще не наполнились людьми в камуфляже вперемешку с обычными мирными жителями. Все только готовилось пробудится и перейти в режим активности. Тишина и покой царили в воздухе. Только хмурая физиономия Шамана вносила дисбаланс во всю эту приятную светлую и чистую картину под названием "пробуждение". Он не был огорчен или расстроен. Глупое состояние, которое его побуждало к действиям не имело никакого названия. (Достаточно врать и самому себе в частности - имеет это состояние несколько названий: зависимость и влечение.) Да вот только Уайлдер не хотел признавать этого. Не хотел понимать, что какая-то девчонка всего за несколько недель смогла перевернуть все мироздание взрослого мужчины и заставила думать о себе непозволительно долгое время, вытесняя все остальное. В жизни военного нет места для всего этого. Наверно, потому родная дочь росла только с матерью, без Райли. Дела давно минувших дней. Сейчас что-то иное происходит. Точно.
  Шаман проходит мимо здешней тюрьмы и направляется в сторону главного здания - штаба ополчения. На посту охраны узнает, что ночь прошла без происшествий, а Янг у себя в кабинете. Чертовы упыри! У них из под носа увели пленную, а они говорят, что все окей?! Головы оторвать этим уродам за их халатность.
Поднявшись на второй этаж, мужчина подходит к кабинету Эйдана. За дверью тишина, а значит сестрица еще спит. Часы показывали 05:15. Все нормальные люди еще спят, разумеется.
Постучав, он открыл дверь. Как и предугадывал - лидер был в кабинете один, перебирал какие-то бумаги и что-то выискивал на карте. Далее последовала стандартная процедура. Райли предоставил отчет о последней операции, указывая на карте новое место дислокации вражеских сил противника. Ничего нового, обычные рутинные рабочие моменты. Далее Янг, как человек обладающий проницательным умом, сообразил, что его родственник пришел с самого утра не просто так. Вот тут и началось всё то, чего так не хотел и даже боялся сказать (произнести вслух и услышать сам!) Уайлдер. Он берет всю вину на себя, целиком и полностью соглашаясь понести наказание за содеянное. Но так же четко заявляет, что Лилиан не вернется больше в камеру. Самоуверенно со стороны военного заявлять такое лидеру группы, но факт остается фактом. Янг, как хитрый человек пытается и здесь найти свою выгоду, почерпнуть правильность поступка и выбора своего подчиненного. После долгого разговора Эйдан даёт добро на то, чтобы Лилиан осталась в ополчении. Взамен напоминает Райли, что оказал ему услугу, за которую позже попросит услугу взамен. Этого было достаточно. Получасовая семейная беседа исчерпала себя. Он уходит прочь, оставляя в своей голове еще больше вопросов. Во-первых, ему предстоит преподнести Лилиан как должное, что она остается в ополчении на правах мирного жителя, которому будет запрещено брать в руки оружие; во-вторых хочет она того или нет - ей придется принять правила ополчения и жить согласно манифесту. В-третьих, в-четвертых и в-пятых.... Сколько проблем нахватал на себя Шаман. Именно на себя, потому, что это он обрек девочку на подобную жизнь. Да, это его жизнь, но явно не ее и в этом мужчина уверен. Наверное, потому, в голове возник определенный план, которому он и будет действовать далее. Райли предложит Лилиан жить в доме своих родителей одной. Он периодически будет ее навещать и тем самым сделает ее жизнь самой обычной. С одной стороны и свободной, а с другой - это клетка. Клетка для нее и для него в том числе.
Он зашел на склад и набрал провизии и кое-каких девчачих шмоток для Лил, это ей точно пригодится. Далее направился обратно в сторону родительского дома. И с каждым новым шагом в голове набатом стучали мысли о "радостях жизни", предстоящих вкусить девушке, которая явно не заслуживает ни на свое прошлое, ни на свое будущее. Клетка она и в Африке клетка. Райли не был и никогда не будет пессимистом, он реалист. Он знает о чем говорит и видел, как люди сходят сума от подобного способа жизни. Нет, на территории Финикса жить можно и при умном подходе жить можно хорошо. Только за его приделы нельзя выходить без пропуска и по городу можно перемещаться только в указанное законом время. Камера, клетка, зовите как хотите - хрен редьки не слаще.
Около получаса и Уайлдер стоит на крыльце дома, а вокруг тишина. Он не хочет верить в то, что девочка сбежала, хотя... Открывает дверь и ничего не меняется - привычная тишина этих стен оглушает. Шаман вошел в гостиную и только тогда увидел, что Лилиан просто спит. Удивило это его? В какой-то степени да. Мужчина ставит сумку с вещами на кресло и тем самым разбудил спящую красавицу. А вот ее дальнейшая реакция заставила его напрячься. Она одним махом вскакивает с дивана и в один шаг преодолевает расстояние между ними. По ее лицу текут слезы, а тело бьет в истерике. Девушка в одном полотенце цепляется за Райли и просит его о помощи. Он обнимает ее в ответ, крепко прижимая к себе. - Тихо, только не плач - он говорит тихо, гладит ее по голове. Но ответной реакции не последовало. Через пару минут мужчина берет девушку за плечи и отодвигает от себя, в обычном желании увидеть ее лицо. - Что случилось? Лилиан, ты меня слышишь? Что случилось за этот час? - он не мог сообразить откуда эта истерика. Когда уходил, девушка была спокойна и даже бодра, а сейчас... Можно ставить сто и один диагноз. Шаман берет девочку за подбородок и заставляет смотреть на себя, вытирая слезы с ее щек. - Либо ты сейчас расскажешь, что случилось, либо... - он замолкает. Хмурится и пытается выудить из ее поведения, хоть намек на то, что могло случится. Мужчина усаживает Лил на диван. Она в одном полотенце, а значит могла замерзнуть (при такой-то истерии!) на полу обнаруживает свою куртку и накидывает ее на плечи девочке. Сам садится около нее на корточки, не отпуская ее рук. - Здесь кто-то был? - он говорит с ней как с ребенком, у которого надо допытаться любой ценой о случившемся. - Лилиан, не молчи! - внутри Райли начинается новый конфликт под названием "что???!!!" Он хмурится, но пытается не выдавать свои истинные эмоции, старается их контролировать.

+1

7

When I'm about to fall
Somehow you're always waitin'
With your open arms to catch me
You're gonna save me from myself

   Сон и кошмары, что приходят вместе с ним, часто играют с людьми свои злые шутки. Заставляют путать реальность с подсознанием или собственным воображением, с иллюзиями... То же самое произошло этим утром со мной. Я обнимаю Райли, не сдерживаю слёз, пытаюсь найти у него защиту и какую-то поддержку, но только в тот момент, когда он крепко обнимает меня в ответ, и я слышу его тихий, успокаивающий голос, - я понимаю, что это не сон. И что я вполне себе в сознании и действительно обнимаю его. Господи, и что я творю! Мне бы отлепиться от него, подальше на диван усесться, да вот только сил сделать это у меня не было. Настолько приятно стоять вот так, в этих крепких и таких надежных объятиях, что сулили защиту и успокоение... Я даже сама не заметила, как перестала и дрожать, и плакать, а просто молча и еще крепче продолжила обнимать Райли, наслаждаясь таким внезапно свалившимся на меня умиротворением. Очень приятно и так тепло. Что я забываюсь на какие-то мгновения, не думая о том, что Райли, вероятно, обеспокоен моим необъяснимым поведением, что и понятно: перед его уходом не было никаких предпосылок для такой истерики на первый взгляд. Но вот если капнуть глубже... Все-таки ночь выдалась слишком бурной. Прихожу в себя я только тогда, когда Райли сам отлепляет меня от себя, и я вижу его лицо, а потом стыдливо опускаю голову. Он и вправду обеспокоен и задает вопросы, на которые у меня нет нормального ответа. Отчего-то мне стыдно рассказывать, что такая реакция у меня была на обычный ночной кошмар... ладно, пусть не совсем обычный, а очень уж реальный на ощущения, но тем не менее. Как бы объяснить и не сойти за истеричку? Впрочем, мое поведение где-то на половину эту задачу уже провалило. Райли тем временем приподнимает мое лицо за подбородок, крепко держит, а я снова смотрю на него, теперь уже без возможности отвести взгляд. И снова молчу. Кажется, будто любые слова вообще застряли где-то на полпути в горле. Он стирает остатки моих слез с моих щек и выглядит едва ли довольным. Я же судорожно пытаюсь придумать себе оправдание, хоть какое-то, что звучало бы как-то правдоподобно и вменяемо.
Но пока ничего не выходит. А через пару минут оказываюсь на злополучном диване, на моих плечах - снова куртка Райли, что так хорошо согревала меня последние несколько часов, и только в этот самый момент я вдруг осознаю, в каком виде нахожусь и находилась все это время. "Бо-о-оже мой!" Только что голой на побегала перед военным! Зато поприжималась почти голая, ага.
Становится так неловко и стыдно, что хочется одновременно укутаться в куртку как можно сильнее и прикрыть руками лицо от досады, чтобы скрыть еще и румянец, который, судя по ощущениям, уже проявляется на щеках. Но вот только ни того, ни другого я сделать не могу, потому что Райли сидит напротив меня, все еще пытается узнать причину моего странного поведения и при этом держит мои руки в своих. И это настолько участливо, приятно и мило, что ко всем моим чувствам примешивается еще и чувство умиления, и я только и могу, что с дурацкой улыбкой пялиться на наши сцепленные руки и одновременно стараться не выдать своего смущения. Благо, наличие куртки помогает его немного унять.
     Но ко всему прочему я еще прекрасно осознаю, что Райли не отстанет, пока не услышит хоть какого-то толкового ответа на свои вопросы. Впрочем, за что его винить? Я бы на его месте, застав себя в таком состоянии, вела бы себя точно так же. Так что я, наконец, поднимаю взгляд на него. Убедительной лжи так и не придумала, так что придется сказать правду.
- Нет, здесь никого не было. Ты... не волнуйся, все в порядке. - Я шмыгнула носом и чуть сжала его руки своими как бы в жесте ободрения. - Просто кошмар, просто плохой сон... о том, что случилось ночью. Очень реальный, а я слишком впечатлительная, только и всего. Прости, если напугала. И что немного похозяйничала тут...
Я послала Райли робкую виновато-извиняющуюся улыбку. Будет хорошо, если мы быстренько сменим тему разговора, и он например расскажет, куда и зачем уходил.
- Где ты был, если это не твоя большая ополченская тайна? - С легкой усмешкой спросила я, стараясь выглядеть совсем уж успокоившейся и непринужденной, хотя некоторые факторы этому все еще не очень способствовали.

+1

8

Бывают вещи слишком невероятные, чтобы в них верить. Но нет вещей настолько невероятных, чтобы они не могли произойти.

Breaking Benjamin – Angels Fall

              Что скрывают за собой жизнь человека, который посвятил всего себя защите общества? У каждого есть свои подводные камни, свои рифы, о которые при упоминании каждый раз так больно резаться, а потом заливать спиртом, чтобы унять те самые неприятные пекущие ощущения. Сколько раз Райли ловил себя на мысли, что ничего кроме работы не имеет. Нет, у него был брак (пусть и длительностью в пару месяцев), есть дочь, есть две сестры и всё это богатство он бережет как зеницу ока. Но что-то было не так. Сколько раз он сам себе зарекался не подпускать к себе никого настолько близко, чтобы они могли делать его уязвимым. Да, женщины в постели Шамана менялись слишком быстро, их имена он никогда не вспомнит, так же как не вспомнит, где и при каких обстоятельствах они познакомились. Ученые называют такое состояние - барьером, который выстраивает мозг и подсознание, ограждая человека от лишней информации и позволяя идти дальше без балласта за плечами. Уже не один год эта система работает и грамотно разделяет личную жизнь и работу. Именно вторая плутовка и ведет как путеводная звезда Уайлдера по этому грешному миру только вперед, не позволяя свернуть, не давая шанса на реабилитацию. Да, он наркоман, заложник оружия и дикого адреналина, который гуляет по его жилам каждый раз как он покидает приделы Финикса. Нет той реабилитации, которая позволила бы вычеркнуть эти ощущения; забыть о том, кто он на самом деле. Да, он хреновый отец, который забил на семью и чего обманывать - даже дочь не стала стопкраном для него. Наверно, от этой зависимости он не избавится никогда. Наверное, потому ему будет проще умирать на поле боя, чем лежа в постели; наверное потому при себе он всегда держит тот самый патрон, который всегда последний, всегда свой... для себя. Нет, это не мечты суецидника, это реальность, которую он ест вместе с сухим пайком, выбираясь с отрядом в горы для того, чтобы выследить караван экстремистов. Обратного пути нет и быть не может. Райли не умеет жить по другому и его это устраивает.
Но если бы не одно но. С каких это пор девчонка, которую он знает всего пару недель, смогла заставить его привести себя в отчий дом? заставила проявлять заботу о ней? заставила думать о себе не просто как о пленной? Это состояние раздражало и бесило военного. Признаться самому себе - слишком сложно. И сколько бы раз он это не повторял про себя - бес толку. Это не укладывается в голове и, наверное, никогда не уложится. И вот тогда, скорее всего, мужчина поступит так как поступал до этого - просто уйдет. Да, всё повторится как и всегда. Не умеет он жить так, как живет миллиард с чем-то человек на планете, да и не научится уже никогда. А пока все идет так, как должно идти. Он сидел напротив Лилиан, которая, кажется, начала уже успокаиваться и приходить в нормальное состояние. Об этом говорило отсутствие дрожи в теле, да и улыбка. А еще она как и обычно (кажется, что он начинает к этому привыкать) много говорила. Лил что-то говорила о плохих снах и опять таки за что-то извинялась. - Лилиан, не за что извиняться - Райли улыбнулся, крепче сжимая ее пальцы. Он посмотрел на девушку, которая сидит перед ним в одном полотенце и тут же нахмурился - Тебе лучше одеться - мужчина отпустил ее руки и отошел, чтобы взять принесенную сумку. - Этого хватит на пару дней - военный ставит сумку около дивана, на котором сидит гостья. Она задает очевидный вопрос, явно не могла не задать. Только забавно это слышать из ее уст, правда. - В руках сковороды не хватает, не находишь? - он смеется, глядя на то как Лилиан уже открыто с ним кокетничает. - В следующий раз не забудь подготовиться к встрече, ладно? - естественно, он не ответит где был, что делал с кем говорил и что они решили. Всё, как обычно. Шаман как и прежде отшутится соврет, но правды не скажет. Ей она не нужна. Тем более, что цена еще не озвучена и черт его знает что запросит Янг за это одолжение. Потому, посвящать девушка в это не нужно. Уайлдер достал из сумки термос и сел в кресло напротив Лилиан. Запах кофе сразу пропитал собой помещение. Он отпил немного кофе и, улыбаясь, посмотрел на девочку. - За вещами тебе ходил. - он соврал? Нет. Доказательством тому служит сумка, стоящая на полу около ног Лил. Вечер, ночь, да и утро  - выдались уморительными и, потому, сейчас очень не хотелось вдаваться в подробности и детали такого увлекательного занятия, как поход на склад за вещами. - Выпить хочешь? - вопрос, который озвучил Райли попивая еще горячий кофеин, адресован Лилиан. Не нужно ничего усложнять, ведь правда?

0


Вы здесь » enlightenment » То, что было... » По тонкому льду мы идем в никуда


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC